воскресенье, 17 января 2010 г.

О стилистике Бажова

То, на что жаловался журналист Вл. Михневич в журнале «Исторический вестник» за 1880 год в статье «Извращение народного песнетворчества», спустя несколько десятилетий стало восприниматься как признак подлинно «народной» культуры и предмет для подражания.

Журналист отмечал, что некоторые фабричные рабочие, превознося городскую жизнь над деревенской, считали простой и правильный русский язык признаком «необразованности». Поэтому, как дальше отмечается в статье, эти рабочие безбожно коверкали свою речь, смешивая в безумную кашу и иностранные слова, и неологизмы, и всевозможные диалектные словечки.
Так вот, если сравнить образцы речи фабрично-заводских рабочих 1870-х, например, годов и стилистику сказов П. П. Бажова 1930—1950-х, то можно увидеть, как советский писатель буквально упивается причудливыми словечками, в общем-то не имеющими отношения ни к повседневному языку, ни к литературе, а порожденными в конце XIX века модниками с городских окраин.
Можно возразить, что, например, Бабель, Булгаков, Зощенко и другие прозаики 1920-х годов не менее экспериментировали с языком, чем те фабричные рабочие конца XIX — начала XX века, речь которых так вдохновляла Бажова. Действительно, те носители, которые следовали моде более или менее сознательно, высмеивали многочисленные заимствования и переиначавали иностранные слова под похоже звучащие русские, изобретали необычные обороты, использовали рифмованные и вообще ритмизованные фрагменты в устной речи и в принципе относились к языку как к игре. Однако лишь у крупных писателей, особенно у перечисленных выше, хватало таланта не только играть с формой, но и облекать ею глубокий смысл.
«Белая гвардия» Булгакова написана языком, возможно, еще более стилизованным под народный, чем «Медной горы Хозяйка», — а все потому, что смысл написанного у разных писателей разный. Если в «Белой гвардии» звучит призыв быть лучше, человечнее, благороднее, то Бажов призывает к социальной анархии, потребительскому отношению к обществу и природе (к природе в особенности!), а также оправдывает неумение организовать хотя бы свою собственную жизнь. Взять, к примеру, сказ «Серебряное Копытце». Герои этого произведения вполне неплохо живут: у деда Коковани есть и усадьба в поселке, и дом в лесу, и делянка на золотом прииске, зимой же он удачно охотится, обут-одет и так зажиточен, что может в одиночку воспитывать пятилетнюю девочку-сироту. Однако заканчивается все тем, что спустя небольшое время все накопленное непосильным трудом разбазаривается, а виноватыми в этом оказываются не Кокованя и Дарёнка, а неведомые внешние силы.

Комментариев нет:

Отправить комментарий